Важнейшим выражением идеологических социальных ограничений является язык. «Как считает Э. Бенвенист …между человеком и миром нет естественного и прямого отношения. Посредником является символический аппарат, который сделал возможным мышление и язык, замещающий явления окружающего мира. Благодаря языку, человек конституируется как субъект. Только язык создает свою реальность. На нём основано существование индивида и общества. Наивысшей способностью человека является способность к символизации. …Но символ не имеет естественной связи с тем, что он символизирует (210, с. 5-6), – констатирует И.Г. Корсунцев. На самом деле Э. Бенвенист заблуждается, между человеком и миром есть естественная связь, которую, однако, возможно не может уловить «одномерный человек» с левополушарным мышлением, а символ должен иметь, по мнению А.Ф. Лосева (250), С.Н. Булгакова (См. 31) и П.А. Флоренского (417) связь с символизируемым, ибо в противном случае открывается простор для манипуляции сознанием. Точка зрения Э. Бенвениста выражает собой ту роль, которую должен был бы играть «сильный язык» (Р. Барт) в идеологии. С точки зрения идеологии «сильный язык» действительно должен оторвать нас от реальности и навязать память слов вместо вытесненной биокосмческой памяти (См.133, с.55) и создать свою, искусственную виртуальную реальность, на которой должно быть основано существование общества и индивида.
По мнению Р. Барта, язык является интерпретантом всех знаковых систем. Общество непрерывно порождает знаки и с их помощью структурирует действительность. Социальная практика является вторичной по отношению к естественному языку и моделируется по его образцу. Р. Барт рассматривает феномен письма, как общественный механизм, обладающий принудительной силой. «Письмо» представляет собой опредметившуюся в языке идеологическую сетку, которую субъект помещает между собой и действительностью. Это заставляет субъекта думать в рамках определенных категорий, фиксируя и оценивая лишь те элементы действительности, которые эта сетка определяет как значимые. …Миф создается на основе некоторой последовательности знаков, которая существовала до него…» (Цит. по 210, с.16). Сходные представления о языке и у Ж. Деррида (135). Сила власти языка и накапливаемых им ограничений во многом заключается в её неизменности. Думая на языке, мало кто думает о языке и его власти. По мнению А.И. Кугая, сильные языковые системы, в которых находят своё выражения идеологии, отличаются агрессией и нетерпимостью (языки А. Шопенгауэра, К. Маркса, Ф. Ницше). С другой стороны, «внешняя экспозиция сильной языковой системы уподобляется представлению, своеобразному театральному зрелищу» (217, с.31), превращающему общество в «общество спектакля» (Г. Дебор). Социально ограничивающие «формы дискурса конструируются таким образом, чтобы сообщить социолекту абсолютную плотность, замкнутость и оградить систему, решительно изгоняя из неё противника, либо включить в свой дискурс в качестве простого объекта, чтобы тем самым исключить его из сообщества говорящих на сильном языке. В конечном счете, сильная языковая система такая, которая функционирует в любых условиях, сохраняя свою энергию вопреки ничтожности реальных носителей языка, которая способна «свалить» противника…» (217, с.32).
НИНСЯ-ХУЭЙСКИЙ АВТОНОМНЫЙ РАЙОН , в северной части Китая. Св. 60 тыс. км2. Население 4,8 млн. человек. (1992). Адм ц. - Иньчуань.
АКТУАЛЬНОЕ ЧЛЕНЕНИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ , смысловое членение предложения, при котором выделяются известное, данное (основа, тема), то, что сообщается о данном, новое (ядро, рема) и (некоторыми учеными) элементы перехода. Выражается порядком слов, интонацией и др. средствами; противопоставляется формальному разбору предложения по членам предложения.
ХРЕННИКОВ Тихон Николаевич (р . 1913), российский композитор, народный артист СССР (1963), Герой Социалистического Труда (1973). Генеральный (с 1948), 1-й (с 1957) секретарь правления, председатель (в 1990-91) Союза композиторов СССР. Оперы "В бурю" (1939; 2-я редакция 1952), "Фрол Скобеев" (1950; 2-я редакция, под названием "Безродный зять", 1967), "Мать" (1957), "Золотой теленок" (1985) и др.; балеты "Любовью за любовь" (1976), "Гусарская баллада" (1979) и др.; оперетта "Сто чертей и одна девушка" (1963), 3 симфонии, концерты для фортепиано, скрипки, виолончели с оркестром, музыка к спектаклям драматического театра и фильмам. Профессор Московской консерватории (с 1966). Ленинская премия (1974), Государственная премия СССР (1942, 1946, 1952, 1967).