Как бы то ни было, основная угроза безопасности эмигрантов таилась не столько в нестабильности экономической ситуации принявших их стран, которая в начале 30-х гг. неуклонно ухудшалась, сколько в правовых ограничениях, с которыми русские изгнанники (как, впрочем, и другие беженцы) сталкивались в чужой стране. Эти ограничения все более ужесточались по мере ухудшения социальной и экономической обстановки и нагнетания националистических настроений и ксенофобии. Трудно сказать, являлась ли ксенофобия последствием экономического спада или же сам этот спад явился плодом недальновидной националистической политики. В любом случае, преодоление административных барьеров давалось русским эмигрантам дорогой ценой, как в психологическом, так и в материальном смысле.
Натурализация редко воспринималась как достойный выход из создавшегося положения. Во-первых, ни в одной из стран Старого Света правительственная политика и традиции не предполагали автоматической натурализации, характерной для США и некоторых латиноамериканских государств. Во-вторых, сами русские считали, что натурализация является предательством по отношению к их русским корням и возложенной на них миссии являть собой альтернативу Советскому Союзу. Они не предпринимали серьезных попыток получить новое гражданство, по крайней мере до тех пор, пока в них жила надежда на возвращение домой. Когда же натурализация становилась возможной или даже необходимой, они вставали перед дилеммой морального характера: некоторые склонны были воспринимать ее как чистую формальность, которая не отражалась на их верности России и на их русском самосознании. Такое отношение, однако, не устраивало власти, дававшие согласие на натурализацию. Как уже отмечалось выше, raison d'etre эмиграции состоял в ожидании возвращения на родину, а страх «денационализации», как они называли ассимиляцию, являлся характерной чертой Русского Зарубежья. Субъективно идея получения нового гражданства создавала новые сложности в дополнение к тем объективным препятствиям, которые принявшие эмиграцию страны чинили на пути натурализации.
ТШЕБЯТОВСКИЙ (Trzebiatowski) Влодзимеж (1906-82) , польский химик, иностранный член АН СССР (1976), академик (1952) и президент (1972-1977) Польской АН. Член ПОРП. Труды по неорганической и физической химии, технологии цветных и редких металлов.
ЧИВИЛИХИН Владимир Алексеевич (1928-84) , русский писатель. Нравственно-социальные проблемы в повести "Про Клаву Иванову" (1964), "Елки-моталки" (1965). Тема человека и природы в книге "Шведские остановки" (1974), "По городам и весям" (1976). Роман-эссе о русской истории "Память" (кн. 1-2, 1978-84; Государственная премия СССР, 1982).
ВЕНИАМИН Сузский (Персидский) (ум . 421 или 424), священномученик, диакон в Сузах (в Персии), пострадавший в гонение царя Йездегерда I. Память в Православной церкви 31 марта (13 апреля) и 13 октября, в Католической - 31 марта.