Таким образом получается, что детерминированность, то есть закономерность, подчинённость действию законов для деятеля (человека) обратно пропорциональна степени его духовности. Чем более духовен человек, чем шире его восприятие, чем больше у него целей, тем больше случайностей он может заметить в мире и использовать для творчества как непредсказуемого внесения нового, выходящего за пределы законов. Под духовностью здесь можно понимать не только её религиозную интерпретацию, но и то содержание, которое вкладывал в эту категорию Гегель. Категорию духа можно отождествить с внутренним, непространственным, нематериальным миром, в котором существуют сознание, творчество, ценности, цели, право, мораль и т.п. С этих позиций вести речь о социальных законах как минимум некорректно.
Однако, тотальный материализм, утверждая наличие социальных законов, действует вполне последовательно и логично. Абсолютный детерминизм неизбежно следует из основной установки материализма о том, что всё есть материя, а духовные явления - лишь её «отражения» в другой материи. Если согласиться с этим, то получается, что никакой свободы духовный фактор не имеет. Однако здесь материализм впадает в противоречие. «…Предпосылкой овладения силами природы с их причинами и следствиями является неподверженность нашего «я» в его субстанциональной основе цепи причин и следствий. Иначе как могло бы «я» рассматривать причины и следствия как объекты, если бы оно не было стоящим над ними субъектом? Наше «я» не могло бы сознавать законов природы и овладевать ими, если бы оно было лишь частью природы»(233, с.58), - отмечал С.А. Левицкий. Материализм же утверждает не только наличие подобных законов, но и возможность их познания и использования. Это противоречие хорошо проявилось в марксизме, который с одной стороны утверждает историческую неизбежность и закономерность смены общественно-экономических формаций, а с другой стороны, требует активных действий, революции для реализации этого процесса. Утверждая необходимость революционной борьбы и социалистической революции, марксизм имплицитно признаёт, что существует не закон, а лишь тенденция смены одной общественной формации другой, которую следует активизировать и реализовать путем практических действий в соответствии со своим свободным выбором. На мой взгляд, это противоречие является всего лишь пропагандистской уловкой, предназначенной для убеждения (программирования) интеллектуально поверхностных людей с различными мировоззренческо-психологическими установками: на социальную активность и пассивность. Социально пассивных миф о неизбежности смены общественных формаций должен был подготовить и примирить с данной возможностью, социально активных же должна была вдохновить на борьбу революционная риторика. В данном случае создатели марксизма действовали в точном соответствии с теориями Г. Лебона, который, в частности, писал: «Чем более кратко утверждение, чем более оно лишено какой бы то ни было доказательности, тем более оно оказывает влияние на толпу»(231, с.240), мнения и верования в которой распространяются не путём рассуждений, а путём заразы. Поэтому серьёзно воспринимать теорию социальных законов со стороны данного идеологического учения не приходится: его социальные законы больше похожи на придуманные авторами идеологии целерациональные установки и алгоритмы действий, предназначенные для достижения массами поставленных идеологами целей и социальных результатов. Фактическая цель подобных придуманных социальных законов состоит в скрытом (манипулятивном) принуждении тех, кто в них поверит к определённому социальному поведению.
ЗОРЬКИН Валерий Дмитриевич (р . 1943), российский государственный деятель, юрист, специалист в области конституционного права, доктор юридических наук. С 1991 председатель Конституционного суда Российской Федерации. В марте 1993 суд под его председательством признал неконституционным указ президента, что усилило противостояние исполнительной и законодательной властей. После трагических событий в октябре 1993 вынужден был покинуть пост председателя Конституционного суда, но остался его членом.
ФОРМАН (Forman) Милош (р . 1932), режиссер, сценарист. Родился в Чехословакии. В 1968 эмигрировал в США. Получил мировую известность после первого фильма "Черный Петр", 1963 (главный приз кинофестиваля в Локарно). В "чешский период" снимал сатирические комедии, исследуя жизнь простых людей в повседневном существовании, иронически изображая их странности и причуды. Эти качества отчасти свойственны и первым фильмам его "американского периода" - "Отрыв" (1971; "Золотая пальмовая ветвь" Каннского кинофестиваля) и "Волосы" (1979). Главный фильм - "Полет над гнездом кукушки" (1975, по К. Кизи), притча о конфликте личности и репрессивного общества (5 премий "Оскар"). Поставил также: "Амадей", 1984; "Вальмон" (по Ш. де Лакло), 1989 и др. В 1996 осуществил постановку фильма "Народ против Ларри Флинта", удостоенного премии "Оскар" (1997).
ЛЕСКЕЙЗ (Lescaze) Уильям (1896-1964) , американский архитектор. Изучал архитектуру в Цюрихе. В 1920-е гг. работал в Париже. В 1930-е гг. - ведущий архитектор США, работает в интернациональном стиле. После 1935 в проектах заметно влияние конструктивизма и экспрессионизма (Лонгфеллоу билдинг, Вашингтон, 1941). В послевоенное время строит в неоклассическом стиле (Школа искусств и дизайна, Нью-Йорк, 1961).