Что, собственно, является нашей приоритетной целью: демократия или рынок? В западной политологии утвердилась мысль: демократии без рынка не бывает! Невозможно строить демократию не строя рынок, а строить, рынок, не строя демократию, вполне можно. Если формируется рынок бюрократическо-монополистического тина, как во многих странах «третьего мира», то в этом случае он и предпосылок для демократии не создает. Поэтому было бы в высшей мере опасным, если бы в сознании нашего общества формирование рынка представилось как ключевая, приоритетная задача, в отношении которой все остальное является чем-то подчиненным и производным.
Ни о какой «левизне» в старом, коммунистическом смысле слова речи быть не может. В действительности была крайняя «правизна», если говорить общепринятым языком. Роль левых сил должна быть ролью корректирующей. Это должка быть функциональная позиция, а не защита своих положений, однозначно противопоставленных тому, что стремится реализовать возникшая посттоталитарная власть. Поле такой деятельности есть, и оно достаточно широкое. К примеру, каково должно быть отношение левых демократов к ущемлению законодательной власти под предлогом повышения эффективности власти исполнительной вместо их параллельного совершенствования как единственно возможного способа формирования реальной демократии? Как относиться к тому, что по-прежнему в тумане перспективы образования независимой судебной власти и, более того, есть немало признаков торжества «революционной целесообразности» над правом? Что, скажем, представляет «полная от законодательства свобода» действия В.В.Путина? Понятно, когда это необходимо для демонтажа старых структур и проведения конкретных реформ, но вызывает вопросы неопределенность их правового статуса и полномочий, не говоря уже о том, что должны быть ясны правовые критерии для выбора тех областей, куда назначаются представители российского Президента. Видимо, левые силы должны были как-то реагировать на все эти (и другие) проблемы. Здесь и должна проявляться их корректирующая функциональная роль в процессе становления нашей демократии.
История показывает, что современная демократия не может быть демократией одного класса, плебейской или пролетарской, научный социализм вырастает не из классовой борьбы пролетариата, а из общих тенденций социального и научного прогресса, из логики развития и взаимоотношений всех классов и социальных групп. Пролетариат, противопоставляя себя всем другим общественным слоям, не может породить социализм, демократию. Слишком долго мы полагали, что высшее достижение общественной мысли — в классовом понимании демократии. Считалось, что нет демократии вообще, а есть демократия определенного класса: рабовладельцев, буржуазии, пролетариата. Высшая форма демократии — «демократия для трудящихся». В постановке вопроса «демократия для кого?» содержится идея избранности, привилегированности каких-то социальных групп, что противоречит, самой сути демократии как равных возможностей для всех. Формула «демократия для кого?» превращается на практике в «демократию ни для кого». Сегодня уже очевидно, что подлинная демократия универсальна. Она для всех.
ЛЕНСКИЙ Ю ., см. Лещиньский Ю.
ПАУНД Эзра Лумис (1885-1972) , американский поэт. Основоположник и главный теоретик американского модернизма. В 1924-45 жил в Италии, сотрудничал с Муссолини. Как военный преступник доставлен в США; будучи признан "невменяемым", определен в психиатрическую больницу; с 1958 жил в Италии. Насыщенная имитациями и стилизациями поэтов античности, европейского средневековья, древних Китая, Японии, а также реминисценциями, цитатами и фразами из политических, эстетических и философских деклараций, программ и учений поэзия (сборники "Маски", 1912, "Хью Селвин Моберли", 1920, "Песни", 1917-70) отражает бунт против "ростовщической" цивилизации (с ее идеалами "гуманизма и индивидуализма") и тягу к возрождению доренессансной духовной культуры. Цикл "Пизанские песни" (1948) - плач радикала-нигилиста, переживающего крах собственных идеалов.
ЙОГАЧАРЫ (виджнянавадины) , последователи одной из двух основных школ буддизма - махаяны. Главные представители: Асанга (4 в.), Васубандху (5 в.), логики Дигнага (6 в.) и Дхармакирти (7-8 вв.). Конкретизируя идею буддизма о единственной реальности психического бытия личности, йогачары развили концепцию исключительной значимости чистого сознания (виджняны), отвлеченного от всякого содержания. Пребывание в этом состоянии, составляющее цель человеческих стремлений, есть бодхи (букв. - просветление), или нирвана, одно из главных средств достижения которой - практика йоги.